Тема народной вербальной магии у чувашей представляет собой обширное поле для фольклористики, этнографии и лингвистики․ В научной литературе и полевых материалах, собранных в частности среди некрещеных чувашей Нурлатского района Республики Татарстан, описывается сложная система магических практик, объединенных понятием «заговор» (чуваш․ «çинче», «çулта»)․ Важно сразу сделать методологическую оговорку: в традиционной культуре чувашей не существовало отдельной, выделенной категории «приворотов» в современном понимании (как коммерческой услуги или обряда принуждения к любви)․ Существовала же развитая система защитной и лечебной магии, направленная на устранение негативных воздействий (порчи, сглаза, чужака, гнева), восстановление здоровья и благополучия семьи․
Источники и современное состояние традиции
Фундаментальным источником для изучения данной темы служат работы Елены Федотовой (Ермиловой), в частности статья «Чувашские народные заговоры» (2019), основанная на полевых записях у некрещеных чувашей․ Эти группы (часто именуемые «вираса» — «верующие» в традиционном смысле) сохранили архаичные слои фольклорно-магической традиции, избежав полной синкретизации с православным христианством, характерной для крещеных чувашей․
Особенность чувашских заговоров — их устная природа и строгая регламентация передачи․ Знание заговоров передавалось по инициации (часто по половой линии: от бабушки к внучке, от матери к дочери или от тети к племяннице) в определенные календарные периоды или фазы луны․ Нарушение правил передачи или произнесения считалось опасным как для заговорщика, так и для пациента․
Классификация и функции заговоров
В чувашской традиции заговоры делятся на несколько функциональных групп:
- Лечебные (медицинские): от лихорадок («чӑваш лихи»), hernia, зубной боли, кожных заболеваний, детских страхов («ике пулна»)․
- Защитные (апотропейные): от «чужака» (повреда), сглаза («кӗсӗ»), гнева/ярости («çын çилли»), страха («пӗрлеш»)․
- Экономико-хозяйственные: на удой коров, сохранение скота от злых духов, на удачу в охоте/рыболовстве, на урожай․
- Социально-бытовые: на возвращение ушедшего скота, на поиск потерянного, для примирения споривших (но не принуждения к любви)․
Как отмечают исследователи, через содержание заговоров открываются новые грани мировоззрения и менталитета народа: диалогичность с миром духов, обетование природным стихиям, этика взаимности (сначала «покормить/понапоить» нечистую силу, а потом попросить уйти)․
Пример текста: Заговор «От гнева, ярости человека» (Çын çилли)
Один из ярких примеров, записанный Е․ Федотовой, демонстрирует структуру и поэтику чувашского заговора․ Это не «приворот», а обряд очищения от чужого деструктивного воздействия (психосоматического характера), когда болезнь вызвана сильным гневом другого человека․
Ритуальные действия (по материалам Нурлатского района):
- Запрет на самозаговор: «Матери собственных детей заговаривать нельзя — считается, что еще сильнее разовьется болезнь (амаланать тет), может привести к смерти․ Нужно, чтобы слова сказал и ритуал провел кто-то другой»․
- Жестикуляция: При произнесении заговорщик делает круговые движения руками вокруг головы больного․
- Атрибуты: В одной руке — кружка с чистой водой, в другой, зола (пепел)․
- Счет золы: Каждая частица золы символизирует счет гнева: «Хăçан çак кĕл пĕрчине çыннăн шăрчĕ суса кăларать, çавăн чухне çын çилли ÿкĕ» (Когда гнев человека пересчитает все частицы этой золы, только тогда падет [на кого-либо] гнев человека)․
- Утилизация: Золу высыпают на дорогу, по которой ходят прохожие, с словами: «Хăватлă çилпе вĕçсе кай, çак кĕл пĕрчи илсе тухса кай!» (Улетай вместе с сильным ветром, с этими частицами золы уходи!); Воду выливают на петлю открытой входной двери․
Текст заговора (транслитерация и перевод):
Çын çилли ÿксен каламалли
Çын çилли, çыннăн шăрчĕ, çавăн çилли ÿкнĕ пулсан та ĕç те, çи те тухса кай․
Хăçan çак кĕл пĕрчине çыннăн шăрчĕ суса кăларать, çавăн чухне çын çилли ÿкĕ․
77 тымарĕнчен, 77 сыппинчен, пырши-пакарти çине ÿкнĕ пулсан та, ÿтлĕ-тирлĕ хушшине ÿкнĕ пулсан та, тухтăр, çын çилли таврăнтăр․
Куракан куçĕнчен, илте-кен хăлхинчен, сывлакан сăмсинчен, калаçакан чĕлхинчен тухтăр․
Ирхине ÿкнĕ пулсан та, каçхине ÿкнĕ пулсан та, пÿртре ÿкнĕ пулсан та (тата ăçта ÿкме пултарнă, çавна каламалла) тухтăр, таврăнтăр․
Эрне кун ÿкнĕ пулсан та, шăмат кун ÿкнĕ пулсан та, вырсарни кун ÿкнĕ пулсан та, тунти кун ÿкнĕ пулсан та, ытлари кун ÿкнĕ пулсан та, юн кун ÿкнĕ пулсан та, кĕçнерни кун ÿкнĕ пулсан та тухтăр, таврăнтăр․
Çĕрпе килнĕ ⎯ çĕрпе кай, кунпа килнĕ ⎯ кунпа кай, шыв урлă лекнĕ пулсан та, вăрман урлă, хир урлă лекнĕ пулсан та, хăватлă çилпе вĕçсе кай, таса шыв пек тасалса․․․
Перевод (смысловой): Гнев, гнев человека, чужой гнев, если он есть, пусть уйдет․ Когда гнев пересчитает 77 хрустальных, 77 золотых частиц․․․ пусть уйдет от костей, жилы, вены, плоти;․․ от рук, ног, тела․․․ утреннего дня, обеденного дня, вечернего дня, ночного дня․․․ Тело — уходи в тело, день, уходи в день, если есть злая змея, злая червя, злая змея, улетай с сильным ветром․․․
Этнokonфессиональный контекст и синкретизм
Как показывает исследование Е․А․ Ягафовой («Религиозные практики этноконфессиональных групп чувашей»), магические практики существуют у всех трех групп чувашей: православных, некрещеных (язычников/вираса) и мусульман (чалов)․ Однако их наполнение отличается:
- Некрещеные чуваши: Сохраняют чисто традиционный, дохристианский пласт․ Заговоры обращены к традиционным духам (керемет, ийи, вире) и природным стихиям (Огонь, Вода, Ветер, Солнце)․ Тексты на чувашском языке․
- Православные чуваши: Происходит глубокий синкретизм․ Традиционные заговоры «христианизируются»: вместо традиционных духов призываются Иисус Христос, Богородица, святые (Николай Чудотворец, ПантЕлей Целитель)․ Используются церковные атрибуты (святая вода, воск, проспора) наряду с традиционными (зола, шерсть, трава)․ Тексты часто билингвы (чувашский + церковнославянский/русский)․
- Чуваши-мусульмане: Магия интегрируется в исламский фреймворк (рукия, дуа), но сохраняются архаичные мотивы (счет золы, обращение к стихиям), маскируемые под коранические суры․
Лингвистические и когнитивные особенности
С точки зрения лингвистики (теории глоттогенеза, когнитивной лингвистики), заговор — это уникальный текст, работающий в двух режимах одновременно: ритуал-действие и миф-слово․ Язык заговоров архаичен, сохраняет древнетюркские лексические заимствования и грамматические формы, вышедшие из обиходной речи․ Ключевую роль играют:
- Императивы и оптативы (повелительное и желательное наклонения) — прямое воздействие на реальность․
- Повторения и параллелизмы — ритмическая организация, индуцирующая трансовое состояние․
- Метафоричность — «счет золы», «путь гнева», «дверь» как границы мира․
Современное состояние: от традиции к неофольклору
В современной городской среде и в интернете термин «чувашские привороты» часто эксплуатируется коммерческими эзотериками․ Необходимо четко разграничивать:
- Аутентичную фольклорную практику: локальная, некоммерческая, передающаяся в родовых линиях, направленная на исцеление и защиту, требующая веры и соблюдения табу (не заговаривать родным, не брать плату)․
- Неофольклор/коммерческую магию: синтез разрозненных мотивов (руны, таро, «цыганские» привороты, чувашские заговоры), адаптированный под запрос клиента на «возвращение любимого»․ Это не имеет отношения к традиционной культуре чувашей․
Научные архивы (Научный архив РГО, фонды Института языкознания РАН, Поволжская академия) продолжают работу по каталогизации и публикации рукописей XVII–XIX веков (например, Олонецкий сборник), что позволяет восстанавливать историческую глубину традиции․
Чувашская традиция заговоров — это сложная культурная система вербального управления реальностью, основанная на аннимистическом мировоззрении и глубоком знании психофизиологии․ Тема «приворотов» в прикладном к ней современном смысле является экзонимическим навесом, искажающим суть фольклорную реальность․ Настоящие чувашские заговоры — это прежде всего терапия страха, боли и социального конфликта средствами сакрального слова и символического действия, встроенная в этику заботы о родне и общине․
Статья подготовлена на основе материалов: Федотова (Ермилова) Е․ «Чувашские народные заговоры» (2019); Ягафова Е․А․ «Религиозные практики этноконфессиональных групп чувашей» (2015); Материалы Научного архива РГО; Лингвистические теории вербальной магии․